РУССКОЕ КАТОЛИЧЕСТВО

РУССКОЕ КАТОЛИЧЕСТВО

Как сладостно отчизну ненавидеть
И жадно ждать ее уничтоженья!
И в разрушении отчизны видеть
Всемирную десницу возрожденья.
B.C. Печерин

Религиозное западничество

 

В связи с неприятием Москвой решений Ферраро-Флорентийского собора, православие в России рассматривалось католиками как находящееся вне истины и спасения. Поэтому одной из задач католической миссии в России было обращение к истинной вере еретического и схизматического русского народа путем индивидуального обращения в католичество. Синодальные богословы оценивали состояние западного христианства примерно в тех же самых выражениях: ересь и схизма. На протяжении XIX столетия между Римом и Священным синодом происходило своеобразное состязание по индивидуальным обращениям.

В правление Александра I в Петербурге в светских салонах большой известностью пользовался сардинский посланник граф Жозеф де Местр, проповедовавший католическое понимание мира и общества. Он имел большие знакомства и способствовал переходу в католичество С.П. Свечиной, А.И. Толстой, М.А. Воронцовой и других дам высшего света. В 1806 году приняла католичество Е.П. Ростопчина, жена екатерининского вельможи Федора Васильевича Ростопчина под влиянием бесед с шевалье Огаром, проповедавшего католичество в кругах высшего света. Декабрист М.С. Лунин стал ревностным практикующим католиком и в ссылке посещал латинский храм. В католичестве он видел духовные основы конституционного устройства общества и демократии.

Софья Петровна Свечина (1782-1859) происходила из знатного дворянского рода Соймоновых и получила хорошее европейское образование. По ее словам, “чувствовала себя француженкой с тех пор, как стала сознавать." Приняла католичество в России в 1815, из-за чего была вынуждена эмигрировать в Париж, где ее салон стал духовным центром католической интеллигенции Парижа и очагом русского латинства, чьим распространением она увлеченно занималась в среде русской аристократии, жившей в Западной Европе.

В начале 30-х гг. в католичество перешла Зинаида Александровна Волконская, одна и замечательнейших женщин в истории русской культуры, писательница, "царица муз и красоты", хозяйка литературно-музыкального салона в Москве. После этого ей пришлось переехать в Рим, где ее новый салон стал местом паломничества всех приезжавших в Италию русских в 30-40- гг. Принимая в 1839 году наследника престола цесаревича Александра, она обратилась к нему с пламенной речью о необходимости воссоединения церквей. В 1840 г. она приехала в Россию к Николаю I с целью легализовать свое католичество, но, узнав о непреклонной воли государя карать вероотступников, была вынуждена тайно бежать в Берлин под угрозой ссылки на рудники.

Волконская предлагала перейти в католичество Николаю Васильевичу Гоголю, который симпатизировал католицизму и часто посещал латинские мессы. Но Гоголь ответил в письме: "...религия наша, как и католическая, совершенно одно и то же, и потому совершенно нет надобности переменять одну на другую."

Обращение русских в католичество осознавалось как отказ от веры отеческой и переход в иностранную веру, что не было для представителей аристократии вполне преодолимо из-за французского воспитания. Они, как правило, никогда не были сознательными членами православного исповедания, а лишь были крещены в византийском обряде и иногда посещали богослужения с пением на итальянский манер в столичных церквах. Поэтому православие ими воспринималось как бледная копия прекрасного и совершенного католичества. Кроме того, большинство обращенных составляли женщины бальзаковского возраста, для которых приятные и интеллигентные католические священнослужители, говорящие на французском, были гораздо интересней бородатых мужиковатых российских пастырей.

Идеи Чаадаева

 

В молодости Чаадаев был великосветским денди (во многом прообразом пушкинского Онегина). Путешествуя за границей, он пережил внутреннее обращение к Богу.

Публикация в 1836 году в московском журнале "Телескоп" его первого "Философического письма" вызвала шок в русском образованном обществе. Парадоксальностью своих утверждений он завоевал пьедестал основоположника российского западничества. Никто ни до, ни после Чаадаева не смог так остро и глубоко ощутить надлом в историческом пути России, отторгшим ее от общеевропейского процесса, духовным средоточием которого он считал Римское католичество. В шестом "Письме" он утверждал что папство "возникло по существу из истинного духа Христианства", что оно является "видимым знаком единства, " "знаком воссоединения." Следует отметить, что, хотя Чаадаев не был ни профессиональным философом, ни историком, его "Письма" оказали формирующее влияние на развитие русской религиозно-политической мысли.

На Чаадаева обрушился шквал критики со стороны А. Пушкина, Ф. Вигеля, Д. Татищева, П. Надеждина, А. Хомякова и других. Министр народного просвещения граф С. Уваров увидел в творении Чаадаева "систематическую ненависть человека, хладнокровно оскорбляющего святая святых и самое драгоценное своей страны" Чтобы не допустить дальнейших соблазнов и изолировать его от общества, Николай I объявил Чаадаева сумасшедшим. Последние годы жизни Чаадаев проживал в Москве под надзором полиции.

Из глубины российской трагедии нашего века слова Чаадаева выглядят потрясающим пророчеством: "Мы принадлежим к народам, которые как бы не входят составной частью в род человеческий, а существуют лишь для того, чтобы преподать великий урок миру."

Хотя Чаадаев не переходил в католичество и соблюдал обряды Греко-российской церкви, его идеи направили стопы князя Ивана Сергеевича Гагарина (1814-1882) на дорогу, ведущую в Рим. В молодости он, как и Чаадаев, был равнодушен к религии. Поступил на службу в МИД, много путешествовал по Европе. Находясь под влиянием своей родственницы "madame" Свечиной, в 1841 году обратился в католичество в Париже.

После завершения богословского образования, занимался научной и публицистической деятельностью, знакомя Запад с русской духовностью. Опубликовал все "Философические письма" Чаадаева, чьим последователем считал себя. Основал в Париже "Славянскую библиотеку". Будучи страстным патриотом России, он критиковал уваровскую политику "православия, самодержавия, народности", которая, по его мнению, таит в себе зародыш будущей революции. В своих работах указывал, что спасение России - в обращении в католическую веру; только единство с Римским Престолом, может спасти страну от революции. Предсказал победу в России коммунизма приблизительно за 70 лет до выстрела "Авроры". Творческое наследие о. Иоанна Гагарина до сих пор должным образом не оценено на родине.

Деятельности Гагарин помогал его соотечественник о. Иоанн Мартынов ОИ, родом из Казани (1821-1894), церковный историк и журналист, составитель тома житий русских святых в "Acta sanctorum".

Позже к ним присоединился Евгений Балабин (1815-1895), происходивший из генеральской семьи. Его матерью была француженка-католичка. Служил по ведомству народного просвещения в чине коллежского советника. В 1852 году выехал на лечение за границу, где присоединился к Католической церкви и вступил в Общество Иисуса. III Отделение Собственной Его Императорского Величества Канцелярии через МИД пыталось произвести его медицинское освидетельствование по подозрению в умопомешательстве, но, по словам посланника в Париже, из-за перехода Балабина во французское подданство этого сделать не удалось. Ограничились высылкой священника для вразумления, но тщетно.

Балабин был по суду приговорен к лишению всех прав и вечному изгнанию из пределов России. В 1880 году ему был выдан российский паспорт без права возвращения, что позволяет усомниться в том, переходил ли он во французское подданство. Балабин скончался, прославившись своим добродетелями и верным служением Католической церкви в Каире.

Русский немец Павел Осипович Пирлинг (1840-1922) принадлежал ко второму поколению русских иезуитов. В 1856 году он выехал из России и вступил в ОИ. С благословения генерального настоятеля ордена он обустраивал в Париже "Славянскую библиотеку", публиковал научные труды по истории взаимоотношений христианского Востока и Запада и древние славянские рукописи. Совместно с Гагариным начал выпуск журнал "Etudes", существующий до сегодняшнего дня. Пирлинг поддерживал дружеские отношения и переписку с Владимиром Соловьевым, который приезжал к нему в Париж.

Ст. Ст. Джунковский (1820-1870) в молодости выехал в Европу с целью проповедовать там православие, но вскоре перешел в католичество, вступил в Общество Иисусово. Занимался активной миссионерской деятельностью в пользу Католической церкви. В конце жизни он попросился обратно в Россию, и вернулся в Греко-российскую церковь.

Кроме Общества Иисуса русские католики вступали в другие ордена и конгрегации. Н. Нарышкина стала сестрой Общины милосердия Св. Викентия де Поля. о. Дмитрий Голицын, самоотверженно служил миссионером в Северной Америке.

Владимир Сергеевич Печерин (1907-1885), в 27 лет ставший экстраординарным профессором русского языка Московского университета, уехал в Европу, где в 1840 вступил в Чин Наисвятейшего Искупителя (Орден редемптористов), активно проповедовал в Ирландии, где и умер.

Дореволюционный учебник для семинарий Знаменского называл русских католиков "изменниками русской народности и веры". Это несправедливо, ибо большинство из них были страстными патриотами России и стремились к ее духовному обновлению через католическую веру. Политика несвободы вероисповедания и государственный контроль над церковью привели к тому, что такие деятельные личности не нашли себе места в Греко-российском исповедании и из-за угрозы ареста вынуждены были уехать за пределы России.

Внутренние католики

 

После окончания эпохи Николая Павловича карательные меры против обратившихся в католичество стали ослабевать. В 1887 году официально перешла в католичество княгиня Елизавета Григорьевна Волконская (1838-1897), воспитавшая большую семью (двое ее сыновей стали видными деятелями Унии). В зрелом возрасте она самостоятельно изучила латинский и греческий языки и, проживая в имении в Тамбовской губернии, написала 2 крупных историко-богословских труда. Она обнаружила множество искажений в переводах церковных источников на русский язык, выполненных под цензурным наблюдением Синода. Книга "О Церкви", посвященная апологии католичества вышла в Берлине в 1887 г. По поручению Обер-прокурора К.П. Победоносцева данный труд критиковался известными синодальными богословами А.Д. Беляевым, АЛ. Катанским и АЛ. Лебедевым.

Вторая книга "Церковное предание и русская богословская литература" объемом в 600 страниц вышла 'также в Германии. Патриотически мыслящая княгиня была вдохновительницей B.C. Соловьева, поддерживала с ним постоянную переписку. Перед смертью ее муж пригласил к ней латинского священника о. Лангранжа, у которого она исповедовалась, причастилась и почила в Бозе. Семья решила похоронить ее по православному обряду, однако после долгих колебаний петербургского синодального священноначалия в этом было отказано.

Игуменья Екатерина (Абрикосова) и доминиканская община в Москве

 

Анна Абрикосова родилась в 1882 году в известной купеческой семье Абрикосовых, вышла замуж за своего дальнего родственника Владимира. Закончила Кембриджский университет, где овладела классическими и современными европейскими языками.

В 1908 году в Париже приняла католичество, ее муж присоединился годом позже.

Вскоре вернулась в Москву, где стала проповедовать среди интеллигенции. Их дом стал духовным центром миссии, где читались доклады на религиозную тему. В 1913 году с супругом присутствовали на частной аудиенции у Папы Пия X, который благословил их на дальнейшее служение. В ноябре того же года она вступила в т. н. Третий /III/ орден Св. Доминика (доминиканское объединение мирян) с именем Екатерина. Анна Ивановна проповедовала среди студенческой молодежи. Обращавшиеся в католичество принимались их духовником о. Либерсье во французский приход св. Людовика, где молились по французским молитвенникам и читали франкоязычную духовную литературу, приобщаясь к латинской духовности. Квартира Абрикосовых стало убежищем для тех девушек, которые подвергались давлению со стороны родственников за переход в католичество. В 1917 году они с супругом перешли в восточный обряд по совету Папы. Вскоре супруги приняли обет воздержания от брачных отношения, и Владимир был посвящен в сан католического священника восточного обряда.

В 1917 году в Москве Екатерина Абрикосова основала русскую доминиканскую женскую общину, при вступлении в которую послушницы произносили обеты: "...мы, посвященные сестры-терциарки Ордена Проповедников Московской общины св. Доминика, отдаем в жертву Пресвятой Троице нашу жизнь до последней капли крови за спасение России и за священников." После начавшихся советских гонений в конце сентября 1922 года о. Владимир Абрикосов был выслан за границу на "философском" пароходе. Он занимался пастырской и преподавательской деятельностью в Риме и Париже до своей кончины в 1966 году.

Игуменья Екатерина осталось со своими сестрами, которых к тому времени было около 25 человек. 12 ноября 1923 года она была арестована и осуждена вместе с сестрами ГПУ в административном порядке на основании ст. 66 Уголовного уложения как участница контрреволюционного шпионажа (за посылку писем мужу в Рим о положении церковных дел в России). Вместе с ними были осуждено 43 православных священника и мирянина, которые были занесены в составленные сест-рами-доминиканками списки, найденные ГПУ при обыске, как сочувствующие Католической церкви. После длительного заключения игуменья Екатерина (Абрикосова) умерла в 1936 году в тюремной больнице в Москве.

В 1956 году после хрущевской амнистии на свободу вышли оставшиеся в живых сестры абрикосовской общины. Нора Рубашова и Вера Городец вернулись в Москву. Валентина Кузнецова и Софья Эйсмонт поселились в Вильнюсе. Квартира Норы Николаевны Рубашовой (1909-1987)стал духовным очагом возрождавшегося католичества. Нора Николаевна, в монашестве "Екатерина Сиенская", происходила из состоятельной еврейской семьи. В 1926 г. она была крещена священником восточного обряда о. Сергием Соловьевым. После реабилитации она сумела начать подпольную деятельность доминиканской общины терциариев (мирян) и проповедь в среде интеллигенции (главным образом, еврейского происхождения). Поддерживала духовные связи с латинскими священниками из Прибалтики. Несколько ее воспитанников стали в 70-е и 80-е гг. священниками и иеромонахами латинского обряда.

Под ее влиянием обратился в католичество один из ближайших помощников православного протоиерея о. Александра Меня Владимир Никифоров (Фельдман). В 1981 году, находясь в туристической поездке по Чехословакии, он был тайно рукоположен в католические священники. Узнав об этом, о. Александр прекратил с ним общение. О. Никифоров покинул приход Меня, уведя с собой единомышленников, с которыми основал подпольный католический приход, где службы совершались на русском языке по латинскому обряду. В 1983 году он был арестован вместе с женой Тамарой и находился под следствием. Позже был выпущен и эмигрировал.

Русскоязычные католические общины римского обряда продолжали подпольно существовать вплоть до перестройки, когда были легализованы.

 


Свящ. Сергий Голованов. Католичество и Россия (исторический очерк). Саргатское: самиздат, 1998; Санкт-Петербург, издательство Высшей Духовной Семинарии "Мария Царица Апостолов", 1998.

 

ПОДПИШИСЬ НА РАССЫЛКУ

Подпишитесь на еженедельную рассылку Katolik.ru, и вы будете получать обзор основных новостей и статей за прошедшую неделю, информацию о торжествах и праздниках на следующую неделю, проповедь на ближайшее воскресенье и многое другое.

Папа Франциск

Папа Франциск

Оставайтесь с нами

Последние новости

Епископы Кении официально объявили о визите Папе Римского

Епископы Кении официально объявили о визите Папе Римского

«От имени Епископов я с искренней радостью объявляю о том, что Святой Отец принял наше приглашение и... Подробнее

Требуются волонтеры

Нам очень нужны редакторы, журналисты и переводчики

подробнее...

Календарь новостей

<< < Июнь 2017 > >>
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
      1 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30    

2003-2015 © Katolik.ru. Все права защищены. При цитировании материалов гиперссылка обязательна.

������.�������